Михаил открылся близким друзьям в 2025 году, когда ему было 15–16 лет. У него тряслись руки, но все просто сказали «хорошо», и Михаила удивило, насколько принимающими оказались ровесники. Сейчас он уверен, что сделал всё, как мог.
Кому вы открылись?
Друзья. Только близкие, потом и все. Потом узнали родители, но это негативная история уже.
Были ли у вас опасения?
Мне было страшно, что не примут и я останусь один. Или осудят. Или будут обращаться по-старому. Мне было страшно от того, что пути назад нет и я не смогу отступить. Страшно от того, что изменения были радикальные, а значит, и жизнь изменится.
Как вы готовились?
Нет. Я просто писал сообщения, с некоторыми людьми встречался вживую и разговаривал. Перед этим просил всех не переживать, что всё нормально, что я остаюсь тем же человеком, просто в другом гендере.
Как всё прошло?
Меня все приняли. Всё было нормально. Было очень страшно и волнительно об этом рассказывать, у меня тряслись руки, сбивалось дыхание. Но все просто сказали «хорошо». После этого я мучился от того, что думал, что сделал неправильный выбор или ошибся, был сам в себе не уверен. Но потом я понял, что просто больше не могу жить по-старому и это единственный выход. Меня удивило, что общество достаточно принимающее. По крайней мере из людей ± моего возраста.
Сделали бы вы сейчас что-то иначе?
Нет. Я сделал всё нормально и так, как мог на тот момент. Всё объяснил и рассказал. Единственное, мб, меньше бы писал, что к чему и почему, достаточно было бы сухого факта.