Марья открылась подруге, сестре и маме в 2020 году, когда ей было 14 лет. Подруга перестала с ней общаться и устроила аутинг в классе, после чего начались три с половиной года травли. Но сестра поддержала, мама смирилась, а в 11 классе появились друзья, которые приняли Марью.
Кому вы открылись?
Первой узнала моя подруга (после этого мы перестали общаться, с её подачи). Затем сестра, она меня поддержала и сказала: «Я не лезу другим в кровать, жизнь твоя, и люби в ней кого хочешь». После был разговор с мамой, она была в шоке, но смирилась, я не могу сказать, что это было полное принятие… скорее смирение из любви ко мне.
Были ли у вас опасения?
Да, были. Я очень боялась говорить об этом. Маме сказать было сложнее всего. Она достаточно лояльная, но всё же старая закалка даёт своё. Она не любила говорить о ЛГБТ+. Для неё это было что-то странное и непонятное. Я боялась осуждения, скандала и выгона из дома.
С друзьями я боялась почти того же, но только к этому добавлялся страх быть раскрытой, страх дальнейших унижений.
Как вы готовились?
Я пыталась, но это не помогало. Люди, которых я тестила, говорили, что им норм, пока к ним не лезут… Но в итоге всё не всегда было так.
Как всё прошло?
Реакции были разными, от ненависти до полного принятия. В случае подруги я испытала страх, боль и желание выдрать из себя бисексуальность… С мамой и сестрой был страх, но затем пришло облегчение… Лучшие друзья стали опорой в тот момент и помогли понять и принять себя.
Следующим этапом был аутинг в классе со стороны той самой подруги. Меня и так не любили, а с этим стало ещё хуже… Следующие 3,5 года были адом для меня. Но в 11 классе появились люди, которые стали неотъемлемой частью моей жизни, они приняли меня, мои отношения на тот момент с девушкой. С ней они тоже подружились) Сейчас я стараюсь не говорить об этом сразу новым людям, так как боюсь повторного аутинга.
Сделали бы вы сейчас что-то иначе?
Да, я бы аккуратнее рассказывала людям. Лучше подбирала слова и смогла постоять за себя.