Ричард открылся родителям в 2022 году, когда ему было 16, а в 19 лет рассказал маме о своей гендерфлюидности. Второй разговор дался тяжело: мама то говорила о любви, то надеялась, что «это пройдёт». Но её реакция ничего не изменила.
Кому вы открылись?
Мама, отец и потом опять только мама (папа к тому моменту умер). Несмотря на приобретённое от них ПТСР, мы довольно близки.
Были ли у вас опасения?
Я ожидал, что мне запретят общаться с крашем (в 16) и что запретят одеваться как хочу, стричься как хочу, встречаться с партнёром (агендер) и будут выносить мозг в 19.
Как вы готовились?
В 13 лет я поймал спойлер о том, что Нико ди Анджело из «ПД» — гей. Я специально неделю ныл маме о том, как мне нравится персонаж, чтобы потом разыграть мелтдаун по поводу его ориентации (я афаб, отыгрывалось с позиции «влюблённости»).
В 19 подумал: «Работаю только я, бизнес на меня оформлен. Куда ты с подлодки денешься, дорогая?» — и рванул без подготовки.
Как всё прошло?
В 16 мама сказала что-то из серии «а это что, не у всех так…», а сначала спутала мою ЛП/краша со своей подругой, т. к. у них было одно имя. Папа сказал на мои слёзы потом из-за краша, что «даже если бы вы начали встречаться, никто не гарантирует, что через полгода она бы не нашла себе девушку… т. е. парня».
Эмоции… было страшно и нервно, но ещё было смешно (я хедканоню из-за этой их реакции своих родителей как би4би). Об этом каминг-ауте ни разу не пожалел, только легче стало.
В 19 же было не очень. Сначала мы спорили о духовности, что вот, в индуизме и даосизме (мои родители из этих религий) боги есть и мужчина и женщина в одном теле/духе и т. д. Потом мама вроде смирилась, я спокойно говорил о себе с любыми местоимениями. Потом мне начали устраивать периодические эмоциональные качели с «ты всегда будешь моей дочерью! Ну, то есть ребёнком!» и с «это же может пройти, правда? Ты же как-то жила раньше? И вообще это из-за вот этой твоей фигни у тебя проблемы со здоровьем!!» (я не на ЗГТ, у меня даже биндера нет. Просто моя пара и друзья + я сам говорят обо мне в правильном роде. Ну и волосы обрезал).
Эмоции были как будто наизнанку вывернулся ради честности правды, а мне все внутренности измерили и сказали: «Мда… больное какое-то… Ну я тебя, конечно, люблю, но ты давай… выздоравливай». Пожалел, в целом, о том, что вообще рассказал. С другой стороны, пусть бесится, ничего это не изменит.
Сделали бы вы сейчас что-то иначе?
Если бы я рассказывал маме о своей гендерфлюидности, я бы просто сказал, что транс. Мне кажется, ей было бы легче, пусть она и испытывала бы ко мне больше отвращения. А так я «ни девочка, ни мальчик, как попандопала» + она теперь надеется, что, поскольку я два дня в три месяца не ненавижу то, с каким телом родился, значит, однажды смогу стать феечкой, как она бы хотела.
