Квир-искусство — часть общей культуры и в некоторых случаях катализатор её развития. Вы знали, что популярный в TikTok липсинг перекочевал туда из драг-движения?
В статье я собрала краткий календарь развития квир-музыки. Сначала расскажу про западную сцену, потом — про российскую.
Что такое квир-искусство?
Квир-арт — это не только произведения, которые созданы квирами. Это работы, которые основаны на проблемах гендерной и идентичностной политики.
Взгляд на иностранную сцену
Российская квир-музыка часто вдохновляется западными трендами, но адаптирует их и «присмиряет», чтобы найти середину между законопослушностью и самовыражением. Предлагаю заглянуть в историю иностранной квир-сцены, чтобы потом лучше разобраться в отечественной.
Блюз против стереотипов
Бесси Смит, «Императрица блюза», в 20-е годы прошлого века бросила вызов социальным нормам. Бесси открыто говорила о своей бисексуальности. Для женщины начала XX века это было смелым шагом. Её «Young Woman’s Blues» цеплял. В те годы большинство женщин всё ещё оставались домохозяйками, и требования к ним были строгие: этого не говори, этого не надевай, тут не работай. И вот под свет прожекторов врывается Бесси со своим: «Я не хочу выходить замуж, я не хочу жить семейной жизнью. Я собираюсь пить самогон и сорить деньгами». Невероятно впечатляет!
Творчество Бесси было пространством для обсуждения женской сексуальности и идентичности. Её называла своим вдохновением джазовая певица Билли Холидей. А Холидей, уже позже, вдохновлялся Фрэнк Синатра. Наконец, Бесси жила в эпоху расовой сегрегации, когда пластинки афроамериканских музыкантов позволялось продавать только афроамериканцам. Но популярность блюза — Бесси и её современников — достучалась до белой аудитории. Про Бесси узнали все.
Джуди Гарланд и дух борьбы
Джуди Гарланд, звезда «Волшебника страны Оз», стала символом надежды для ЛГБТК+ людей. Одна из причин — воплощение Дороти. Девочки, которая находит друзей и дом в мире, полном волшебства и странностей. Песня «Over the Rainbow», спетая Гарланд, стала гей-гимном: она символизирует мечты о лучшем и более свободном будущем. А фраза «друг Дороти» даже стала кодом во времена жёсткой гомофобии:
«Somewhere over the rainbow Skies are blue, And the dreams that you dare to dream Really do come true». // «Где-то над радугой Небо голубое И мечты, которые ты осмеливаешься увидеть, Действительно сбываются».
Судьба Гарланд тоже подкупала своей драматичностью. Борясь с зависимостями и личными трагедиями, Джуди воплотила дух борьбы и выживания — это близко многим квир-людям. Это пример — как массовая поп-культура неожиданно обрела культовый статус внутри гей-сообщества. Образ Джуди Гарланд и её музыка стали символами надежды, а мюзиклы до сих пор остаются важной частью квир-культуры.
Джаз-дива Big Mama Thornton
Big Mama Thornton сама по себе была антистереотипом. Её исполнение «Hound Dog» — позже песня стала хитом Элвиса Пресли — отличалось грубой силой и эмоциями, редкими для женщин в музыкальной индустрии того времени. Big Mama нарушала традиционные представления о «женственности»: она часто использовала мужской стиль одежды и смело взаимодействовала с публикой. Её творчество было манифестом о свободе быть собой.
Big Mama Thornton оказала огромное влияние на развитие рок-н-ролла: она вдохновила Элвиса Пресли и Дженис Джоплин (про неё поговорим дальше). Big Mama Thornton стала одной из первых артисток, кто сумел объединить блюзовые традиции с новыми роком и соулом. Мощный вокал, экспрессивная подача и смелость в самовыражении проложили путь для будущих поколений музыкантов.
Эра рока: Дженис Джоплин
Дженис Джоплин стала голосом эпохи: разрушала границы как в музыке, так и в обществе. В песнях Дженис «Piece of My Heart» и «Me and Bobby McGee» звучала уязвимость и личная история. Дженис не скрывала своей бисексуальности, так что тема просочилась и в творчество. «Women Is Losers» — феминистская песня, в которой Дженис критикует гендерное неравенство.
Но в контексте жизни Дженис здесь можно увидеть и более широкий посыл — о свободе в отношениях.
Дэвид Боуи и Зигги Стардаст
У Дэвида Боуи было альтер-эго — Зигги Стардаст. В альбоме «The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars» лирический герой стал олицетворением гендерной флюидности. Боуи стирал границы между мужским и женским. Его хиты нормализовали квир-идентичность через эстетику и музыку:
«People stared at the make up on his face Laughed at his long black hair, His animal grace». // «Люди вглядывались в макияж на его лице, Смеялись над его длинными тёмными волосами, Его звериной грацией».
Диско Донны Саммер
Донна Саммер стала символом диско-эры, тесно связанной с ЛГБТК+ сообществом. В 1970-х клубы были безопасными пространствами.«Hot Stuff» и «Last Dance» звучали на танцполах культовых площадок.
Её «I Feel Love» была революционной — механистический бит и гипнотический вокал будто отправляли в будущее, где любовь не знала границ. Это ощущение полного раскрепощения. Когда звучат первые ноты, даже сейчас кажется, что ты переносишься в легендарный клуб Studio 54. Донна Саммер подарила ЛГБТК+ культуре ощущение дома, которого не хватает и в нынешнее время. Ощущение места, где можно быть собой, любить и не бояться осуждения.
Легендарный Фредди Меркьюри
Фредди Меркьюри, фронтмен «Queen», выражал свою идентичность через культовые гимны вроде «Bohemian Rhapsody». Его песни легко интерпретировать как внутреннюю борьбу с идентичностью. Фредди выражал свободу и энергию в своих выступлениях, что сделало его иконой для тех, кто искал вдохновение принять себя.
Но его влияние вышло далеко за рамки сцены. Фредди был одной из первых по-настоящему глобальных звёзд, которые не вписывались в традиционные представления о мужественности в рок-музыке. Его андрогинный стиль в начале карьеры и театральные образы добавляли песням глубины.
Даже после смерти музыканта его наследие продолжает вдохновлять — например, Адам Ламберт, который сейчас выступает с «Queen», не раз говорил, что Фредди стал для него важным ориентиром.
Шер и её поп
Шер стала символом поддержки ЛГБТК+ сообщества и подтвердила эту роль, когда её сын Чез Боно совершил каминг-аут как трансгендерный мужчина. В песне «Believe», гимне 90-х, Шер, например, затронула тему надежды и стойкости. Правда, в её интерпретации — после разрыва отношений. Но в сообществе хит оброс новым смыслом: не всегда легко быть собой, но нужно верить в лучшее.
«Well I know that I’ll get through this Cause I know that I am strong» // «Что ж, я знаю, что я пройду через это, И я знаю, что у меня хватит сил».
От протеста к поп-культуре: как мейнстрим забирает квир-наследие
К сожалению, иногда массовость стирает авторов. Гетеро- и цис-культура негласно присваивает себе идеи квир-сообщества. Так случилось с липсинком.
Липсинк зародился как форма артистического самовыражения на дрэг-сценах. Хотя его происхождение покрыто завесой тайны, считается, что жанр появился в середине XX века. Молодые квиры повторяли слова любимых песен дома, а затем перенесли это в бары и на вечеринки.
В 1960-х годах драг-квин стали приносить в клубы собственные записи. Вдохновением стала ещё и группа «Supremes» — квиров подкупала их хореография и яркие наряды. Бэнд часто выступал под фонограмму в телевизионных развлекательных шоу.
На балах Гарлема в 1980-х годах липсинк использовали для драматических перформансов. Жанр позволял переосмыслить песни и создать новые интерпретации: зачастую с юмором, трагедией или откровенной провокацией. Для многих артистов это было не просто игрой, а способом утвердить свою идентичность.
К 1990-м годам липсинк привлёк внимание широкой публики. Документальный фильм «Париж горит» (1990) показал массовому зрителю балы Нью-Йорка, так перформансы липсинка стали известны за пределами квир-сообщества. Параллельно жанр начали использовать в ночных клубах и кабаре. То десятилетие подарило нам культовых артистов. Например, Липсинка (Джон Эпперсон) исполнял сложные миксы с элементами классического голливудского гламура и кэмпа.
В шоу «RuPaul’s Drag Race» липсинк приобрёл огромную популярность: в конце каждого эпизода устраивают «Lip Sync for Your Life». Участники не «пели» чужие песни — они превращали их в истории, которые резонировали с личными переживаниями и культурным контекстом.
Однако, как только липсинк стал частью мейнстрима, он утратил первоначальную мощь. Формат адаптировали для развлечения большой аудитории. Пример — «Lip Sync Battle». Липсинк превратился в безобидный комедийный номер, лишённый той эмоциональной глубины и перформативного утверждения. Подробнее об этом можно прочитать в исследовательском эссе нейроотличной художницы Кейт Шилдс. Она объясняет, как липсинк стал частью попкультуры.
Ещё один пример квир-наследия, которое потеряло авторский посыл, — танцевальный стиль вог. Он появился в 1980-х годах в дрэг-сообществе Нью-Йорка: авторами были молодые чернокожие и латиноамериканские ЛГБТК+ люди. Название «вог» отсылает на модный журнал, а движения напоминают позы моделей. Вогинг включает в себя элементы акробатики, мимики, экспрессивной пластики и глубокого драматизма.
Устраивали целые соревнования по вогингу. Это было вызовом гетеронормативному миру: он позволял квирам буквально занять пространство, заявить о своём праве на существование и признание. Движения, вдохновлённые подиумными позами моделей из «Vogue», несли двойной смысл: это было как пародией на мир высокой моды, так и попыткой создать альтернативную реальность, в которой квир-люди могли быть богами и богинями.
Мировая аудитория впервые познакомилась с этим стилем за счёт всё того же фильма «Париж горит» в 1990 году, который документировал жизнь дрэг-артистов. В том же году Мадонна выпустила клип на песню «Vogue». Всё сложилось как с липсинком: часть квир-культуры адаптировали для массового потребления. Итог — коммерциализация и потеря оригинального контекста. Но вог, пусть и лишившийся квир-авторства, остаётся неотъемлемой частью ЛГБТК+. Всё ещё существуют квир-дома вроде «House of Xtravaganza». Это сообщества, которые функционируют как семьи, дают поддержку дискриминируемым и передают знания о традициях вога.
Квир-музыка в России: немного о прошлом
Квир-культура в России развивается в окружении стигматизации и социальных ограничений. Но это и сформировало уникальный художественный язык. Музыканты находили способы использовать «инаковость».
В главе про российскую музыку я собрала артистов, чьё творчество по-разному касалось квир-опыта. Одни — знаковые фигуры, чьё влияние было массовым вроде Верки Сердючки и Бориса Моисеева, другие — те, кто создавал пространство для переосмысления гендера и сексуальности как Butch и августин. Важным критерием для меня стала не популярность сама по себе, а вклад в представление о квир-идентичности через музыку.
Андрей Данилко и образ Верки Сердючки
Андрей Данилко родом из Украины, но его образ Верки Сердючки стал важной частью постсоветской музыкальной сцены. Этот персонаж — гиперболизированная, карнавальная интерпретация народного артиста — играл с гендерными стереотипами и открыто высмеивал условности.
С начала 2000-х до, примерно, 2020 года артистам было относительно приемлемо играть с гендерными образами. Андрей Данилко внёс в это вклад. Верка Сердючка была не просто комедийным персонажем — её образ вобрал в себя дух свободы, иронии и преодоления границ. Она позволяла зрителям смеяться над стереотипами, размывала рамки традиционного понимания мужественности и женственности. В то же время дрэг-артисты стали частыми гостями корпоративов, телешоу и ночных клубов — даже если их не воспринимали всерьёз.
Но сегодня Данилко в блэк-листе в РФ, а дрэг-артистам фактически запрещено выступать. Иронично, что образ Сердючки, который когда-то казался безобидным и даже аполитичным, теперь воспринимается как угроза.
«Вирус» и нормализация квир-опыта
В 2001 году группа «Вирус» выпустила видео на песню «Попрошу тебя». Там гомосексуальность изображалась естественной частью жизни. Сюжет вращался вокруг девушки, которая получает анонимное письмо и пытается угадать отправителя.
В череде её подозрений мелькает романтический эпизод с сокурсницей — и это подано без осуждения или акцента на «неправильности».
Да, к 2001 году на MTV уже показывали клипы с ЛГБТК+ репрезентацией. Но «Попрошу тебя» стал одним из первых клипов, где однополый романтический момент подавался буднично и без осуждения. Это отличало его от большинства других примеров, где гомосексуальность либо демонстрировалась как шок-контент, либо кодировалась.
Борис Моисеев и гимн квир-революции
Борис Моисеев долгое время оставался чуть ли не единственной открытой ЛГБТК+ фигурой на российской сцене. В 2002 году он выпустил клип Sexual Revolution с группой «Стрелки International». Видео стало манифестом сексуальной свободы.
«Ты иди по жизни смело И кому какое дело, Кто тебе в постели нужен — Это sexual revolution».
Клип отсылал на историю: фигура Ленина в нём намекала на сексуальные эксперименты 1920-х годов. Так Моисеев связал идеи революционности с сексуальной свободой.
Butch и её концептуальные клипы
Певица Butch в клипе «Факел» 2005 года показала сцену ревности. Вот только зритель так и не узнал, кто был объектом желания героини. Контекст видео даёт понять: это может быть мужчина, может быть женщина, а может, и оба. В другом клипе, «Всё равно я встану», Butch занимает, скорее, маскулинную позицию и бросает вызов привычным представлениям о женственности.
Эти работы были многослойными: с одной стороны, они говорили о свободе от гендерных рамок, с другой — показывали, что через искусство можно исследовать идентичность.
Квир-музыка в нынешней России
Российская музыкальная сцена проживает новую волну квир-ренессанса. Точнее, проживала — до репрессивного закона об ЛГБТК+. В 2010-х, в отличие от осторожной и иносказательной репрезентации прошлого, артисты открыто заявляли о сексуальной и гендерной принадлежности. Они делали это центральной частью творчества.
Так августин, небинарный исполнитель, олицетворяет флюидность и отказ от стереотипов. В своих клипах и выступлениях августин избегает чётких гендерных обозначений: предлагает зрителям взаимодействовать с изменчивыми образами.
Клип Миланы Петровой «Pidor» в своё время вызвал резонанс. Милана использовала провокацию, чтобы осмыслить гомофобные стереотипы. Оскорбительный термин стал частью культурного диалога.
Конечно, нельзя не упомянуть группы «Кис-Кис» и «Френдзона», которые продолжают традицию «Тату». Только открытости больше, как и акцента на поддержке толерантности. «Кис-Кис» настроены вовсе бунтарски: их музыка затрагивает вопросы социальной несправедливости и давления. Тематика перекликается с борьбой за право быть собой. «Молчи» — яркий пример. Но если «Тату» использовали провокацию, то «Френдзона» и «Кис-Кис» развивают идеи равенства через нормализацию любви и идентичностей.
Советую заглянуть в подборку квир-треков 2019 года на одном из любительских блогов — это было плодотворное время для российской сцены. Ангел, «Young Adults», «HRISTINA» — лишь малая часть.
История квир-сообщества и музыки переплетаются с самого начала. Певцы, вдохновлённые квир-культурой, формировали новые течения, а сами квиры использовали музыку, чтобы заявить о себе. Здесь можно пошутить: «Миллионы лет эволюции квир-музыки, и вот мы слушаем, как Милана Петрова поёт: «Курю жирный член — это не косяк»». Но даже это важно, потому что бросает вызов российским нормам.
Сложно сказать, что ждёт российскую квир-музыку в ближайшие годы. Но годы ограничений на Западе и замалчивания в России намекают: артисты неизменно найдут способ говорить. Главное — слушать их и вдохновляться на смелость.
Источники:
https://medium.com/@kate_shields/what-is-queer-art-46ebecf93a89;
https://bok-o-bok.com/rubrikiblog/kvir-estetika-v-rossiyskikh-muzykalnykh-videoklipakh-chast-1;
https://bok-o-bok.com/rubrikiblog/kvir-estetika-v-rossiyskikh-muzykalnykh-videoklipakh-chast-vtoraya.
Авторка: Саша
