Закончилась зима, но не закончились репрессии против ЛГБТК+ людей в России. Рассказываем, что произошло за январь-февраль 2025.
Пропаганда starter pack
Дорогомиловский суд показал, что для «пропаганды» «нетрадиционных» отношений достаточно всего одного человека и памятника. 17 декабря суд постановил, что подросток нарушил 6.21 статью Кодекса об административных правонарушениях РФ. В тексте постановления нарушение описали так — «в данном случае нетрадиционность складывается из двух элементов: направленность не на человека; направленность на изображение лица своего же пола». Звучит абсурдно, но судья Сергей Каширин оштрафовал ребёнка, а минимальная сумма наказания по этой статье — 100 тысяч рублей. Этот прецедент показывает, что границы репрессий и насилия расширяются.
Не выкупили троллинг
Продолжая рубрику «невозможное – возможно по КоАП», обратимся к январскому постановлению мирового судьи судебного участка № 463 Троицка Московской области.
Спустя неделю после признания несуществующего «движения ЛГБТ» экстремистской организацией суд обнаружил в двух постах ВК за 6 декабря 2023 года аж 4 одобрения этого «движения». Давайте поищем их вместе.
В первой публикации — фотография радужного флага, во второй — шокирующее признание автора поста:
«Ну и раз уж запретили ЛГБТ, то придется сознаться — Я ОСНОВАТЕЛЬ И ГЛАВНЫЙ ОРГАНИЗАТОР ЭСТРИМИСТСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ — ЛГБТК+! Я учился в лицее с названием „Радуга“… там меня завербовали, и теперь я облучаю всех гомофобов Радугой! Каждый раз как кто-то из гомофобов смотрит на радугу — у них в жопе начинает свербеть и появляется желание [заняться оральным сексом с мужчиной]! Это все Я сделал!) Всех заманю в это логово! БУ! Бойтесь, гэбэшные [активные участники процесса в оральном сексе] — жду вас с гантелей — будем приседать!».
Возможно, одобрение учебного заведения в России теперь тоже считается одобрением экстремизма. Но есть и неочевидная хорошая новость: автора привлекли только по административной статье. Это значит, что одобрение «Международного движения ЛГБТ» не образует состава преступления.
От плохого к ужасному: уголовные дела
Первое уголовное дело возбудили предположительно 25 августа 2024 года по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (об «экстремизме») в отношении врача из Ульяновска. Обвиняемый признал вину — это значит, что разбирательство пройдёт быстрее, чем по обычным делам. Скоро мы узнаем, согласен ли суд с мнением следствия о том, что сам факт предложения обвиняемым другим мужчинам вступить с ним в сексуальный контакт образует участие в «Международном движении ЛГБТ».
Мы будем следить за этим делом. Формулировки приговора будут очень важны, чтобы понять, что именно считается участием в экстремистской организации, что — пропагандой, а какие аспекты частной жизни ЛГБТ-персон пока ещё не преследуются государством. В общем, насколько глубоко государство успело залезть к нам в бельё и постель.
Силовики продолжают искать экстремизм и находят его даже в тюрьмах — так ФСБ Кемеровской области обнаружила вовлечение в экстремистскую деятельность заключённым из Кузбасса в исправительной колонии строгого режима. Детали «преступления» не раскрываются до момента вступления приговора в силу, но уже сейчас мы понимаем — если есть одно такое дело, о котором до приговора никто не знал, то их может быть намного больше.
Мы предполагаем, что в случае с заключенными «экстремизмом» по мнению следствия и суда мог считаться сам факт вступления в однополые сексуальные отношения — не обязательно добровольные. Есть все основания полагать, что подобные уголовные дела являются очередной формой нарушения прав осуждённых — силовики могут чего-то добиваться от людей под угрозой очередного преследования.
Ещё одно уголовное дело по ч. 1 ст. 282 УК РФ возбудили против жителя Карачаево-Черкесской Республики за посты в Telegram-канале, в которых он освещал ЛГБТК+ тематику и помогал мужчинам знакомиться друг с другом. Давно ли в РФ сводники стали экстремистами – неясно, но тенденция опасная.
Это уголовное дело напоминает дело против Андрея Котова по его туристической фирме «Мен тревел», где потерпевшими становились получатели услуг. Если следствие будет работать по той же схеме, знакомые администратора канала и пользователи услуг станут фигурантами уголовного дела — их допросят и даже могут обыскать.
К слову, дело о якобы самоубийстве Котова не возбудили, силовики радостно сошлись на том, что это был суицид. Нет тела – нет дела. Но вот дела нет только против них, а вот против Котова осталось. Сотрудники правоохранительных органов проводят опросы и допросы клиентов Котова.
В таких ситуациях мы снова советуем забыть всю информацию, которая нужна силовикам — потерю памяти нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, а ваши показания не смогут использовать против вас и других людей. Если вас пригласили на допрос, обязательно приходите с адвокатом — так меньше вероятность, что на вас будут давить ради нужных показаний. К тому же, эти показания могут использовать в том числе против клиентов турфирмы Котова, которого всё ещё обвиняют по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ.
Российские силовики тоже пытаются быть в тренде, хоть и немного запаздывают. В игре Уно есть карточка с изображением двух стрелок — это реверс. Так вот, когда ЛГБТК+ персоны пытаются получить помощь от полиции — на работу которой они платят налоги — правоохранители, узнав об ориентации или гендерной идентичности заявителя, используют тот самый реверс. Против заявителя пишут встречное заявление о «пропаганде ЛГБТ» пострадавшим или даже об участии в деятельности экстремистской организации. После этого сотрудники органов эффективно и быстро рассматривают встречное заявление, в то время как заявление самой ЛГБТК+ персоны либо игнорируют, либо затягивают расследование и начинают «футбол» между полицией, которая вносит постановления об отказе в возбуждения дела, и прокуратурой, которая это постановление отменяет. Как правило, результат у этой документальной активности нулевой.
Например, в начале года трансгендерная персона написала в полицию заявление на своего отца из-за побоев. Отец заявил полицейским о том, что его дочь пропагандирует смену пола и финансирует ЛГБТК+ организации. Эта ситуация в перспективе могла создать прецедент привлечения к административной ответственности за «пропаганду», которой посчитали каминг-аут в кругу семьи, но закончилась отказом в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении трансгендерной девушки и ее примирением с отцом. Однако к заявлению о каминг-ауте в качестве «пропаганды» сотрудники полиции отнеслись с неприятной серьезностью.
Ещё один пример — вспомним, как трансгендерную кассиршу из Пятёрочки уволили после доноса «общественников» из организации «Ветераны России». Доносчики узнали о девушке из видео маргинального блогера, который кричал на кассиршу из-за макияжа, угрожал напасть при встрече на улице и отправить её на войну (что сам он забыл в магазине – не уточнил):
«Слушай-ка, тебе на фронт надо на*уй, д*лбоёб… Пацаны погибают за таких п*дарасов как ты… Ты что красишься, брови с*ка красишь?»
Девушку уволили на следующий день после доноса, хоть это и нарушает трудовой кодекс — она могла бы обратиться в суд и потребовать восстановить её на рабочем месте, выплатить компенсации за расходы и моральный ущерб.
Возможность увольнения на основании доноса из-за внешних признаков человека ставит под угрозу любого человека, чья внешность отличается от общепринятой. Мы продолжаем наблюдать тенденцию на расширение рамок репрессий против квир-людей, и они затрагивают уже не только самих квир-персон, но и их близких, работодателей — общество в целом. Всё больше вопросов вызывают законы, по которым невозможно понять, за что тебя сегодня накажут – это отличает российские репрессии от советских. Если в СССР было понятно, за что человека могут лишить то в России это дело случая — каждый шаг может быть шагом за решётку.
